Последние годы жизни Иена Кертиса, загадочного солиста культовой английской пост-панковой группы Joy Division. Борьба между его неумирающей любовью к жене и бурно развивающимися отношениями с любовницей, изматывающие приступы эпилепсии, невероятный талант и всепоглощающие выступления на сцене. Все это завершается трагическим самоубийством в 1980 году.

Сценарий "Контроля" основывается на мемуарах вдовы вокалиста, Деборы Кертис, которая также выступила сопродюсером фильма. Название ленты отсылает к песни Joy Division "She's Lost Control" — считается, что это произведение наиболее полно отражает мировосприятие покончившего с собой музыканта.

Кто-то сказал про Антона: "Корбайн снимает рок-звезд не такими, какие они есть, а такими, какими они должны быть". Окунувшись в магический проявитель Корбайна, U2, R.E.M., The Rolling Stones, Metallica, Ник Кейв, Гэвин Фрайдей и десятки других всплывали на поверхность кадра "такими, какими должны быть" — камера Антона умеет превращать видимость в сущность. Именно поэтому Depeche Mode когда-то провозгласили Корбайна пятым участником группы: без покрова его черно-белого волшебства Гэхен и Гор чувствуют себя бедными сиротами во враждебной реальности.

Фронтмэн Nirvana Курт Кобейн оказался для Корбайна вторым Кертисом — благо тщедушного мазохиста Кобейна еще при жизни постоянно называли реинкарнацией вокалиста Joy Division. "Heart Shaped Box" — последний клип Nirvana — наверное, вообще мой лучший клип", — говорит Корбайн.
"Курт был отличный парень, очень умный и интеллигентный. Я сделал с ним известную съемку — Курт со следами плетей на спине. Ему понравилась съемка, и он сказал: сделай нам клип. После "Heart Shaped Box" Курт попросил меня снять их следующий клип, на что я ответил, что не буду этого делать, потому что снять клип лучше у меня навряд ли получится. Тогда Курт сказал, что если не ты, значит никто не будет делать нам видео. Разговор был в январе 94-го, а в апреле он застрелился".

Другим любимым моделям Корбайна, и в частности, самым любимым — U2 и Depeche Mode — повезло гораздо больше: все они живы-здоровы и продолжают сладострастно подставлять себя под волшебный фотоглаз двухметрового голландца.
"Работа с U2 — самый важный проект моей жизни", — утверждает Антон. "Я не могу поставить никого рядом с ними, а они не могут поставить никого рядом со мной. Я снял все главные кадры их карьеры, не считая десятков тысяч не столь важных".
Несколько лет назад Корбайн решил подвести предварительные итоги взаимной, длиной в четверть века, преданности ирландских рок-небожителей и их незаменимого бытописателя и выпустил эпический фолиант "U2 & I".
"Издатели боялись браться за книгу — говорили, что слишком дорого и что никто, кроме заядлых фэнов, не покупает фотоальбомы групп. Единственным, кто верил в книгу с самого начала, был Боно. Билл Клинтон, Салман Рушди, Майкл Стайп, Вим Вендерс — все они написали о том, почему мы с U2 неразделимы. Я послал им всем письма с просьбой и вложил пятифунтовую бумажку в каждое", — издевается Корбайн. "На самом деле, Боно дал им понять, что это будет очень важная и серьезная для группы книга. Точнее — главная книга о U2."
Но даже Боно и компания не могут похвастаться тем всеобъемлющим вниманием Корбайна-имиджмейкера, на которое всегда могли рассчитывать Depeche Mode. "Боно — авантюрист, любящий рисковать и экспериментировать со своим имиджем. Дейв Гэхен — консерватор, он хочет всегда выглядеть как рок-икона, потому и предпочитает статичные кадры. Боно же я могу запросто выбрить панковский гребень, как у Де Ниро в "Таксисте" или нарядить в сомбреро и наклеить мексиканские усы. В клипах обратная ситуация — здесь как раз Дейв более эксцентричен, вспомни "Enjoy the Silence" или "It's No Good". Боно никогда не будет делать ничего подобного в клипе. У каждого свои заморочки и представления о том, как подавать себя визуально, но с Depeche Mode я мог позволить своему воображению делать все что ему угодно. Фанаты Depeche Mode — единственная часть населения Земли, которая узнает меня в лицо! Да и все "рок-звездные" моменты моей биографии связаны с Depeche Mode — мне приходилось вести весьма порочный образ жизни, когда я ездил с ними на гастроли! Однако, я всегда интересовался не их порочными пристрастиями, и не тем, чтобы разделить их с ними, а тем, чтобы сделать их более привлекательными. Чтобы рок-звезда выглядела рок-звездой, иногда приходится быть очень изобретательным".

Корбайн обожает работать со своим постоянными "моделями", которых он снимает всю жизнь, взрослея и старея вместе с ними, преодолевая, запечатлевая и останавливая время на пути к неизбежному старению и смерти. "Что-то должно быть в человеке, что сразу располагает его к тебе. Скажем, Брайен Ферри звонит мне однажды и говорит: приходи ко мне в субботу в 10 утра. Приезжаю и вижу кучу людей в смокингах, в то время как я сам — в кожаных штанах и футболке. Оказывается, Брайен пригласил меня фотографировать свою свадьбу. Ну как не любить такого человека? С Боно было проще; во время одной из наших первых фотосессий он сказал мне: "Сделай так, чтобы на фото я выглядел высоким красавцем с обширной печатью интеллекта на лице". Я ему и ответил: "Короче, ты хочешь выглядеть как я?".
Еще один любимый постоянный герой фотографа — вокалист латышской группы Brainstorm Рейнарс Кауперс. "Как-то пару лет назад я приезжал в Ригу на день рождения Рейнарса. Тогда его поздравляла президент Латвии. На следующий день в газетах на первой полосе была моя огромная фотография с Рейнарсом, и никакого президента!".

Об эстетике Корбайна, о мгновенной узнаваемости его персонального стиля, о его, так сказать, "фотографическом мазке", можно писать бесконечно. Корбайн и сам всегда рассказывает о формировании своего уникального стиля с удовольствием. Например, о легендарной зернистости его фотографий: "Зерно необычайно фактурно и почти физически ощутимо. В молодости я много снимал уличных концертов, но у меня было мало денег на пленку, и поэтому в помещении я снимал на ту же пленку, на которую снимал на улице. А при съемке в помещении на эту пленку возникает зерно, что мне очень понравилось — поэтому даже когда я уже мог себе позволить любую пленку, я продолжал использовать эту. Мне нравится характер этой пленки, ее грубость и способность передать дыхание жизни". Или о не менее знаменитой мании "расфокусировывать" персонаж на первом плане и сосредотачиваться на заднике: "Когда снимаешь дальний план и кто-то случайно заходит в кадр, то этот персонаж, естественно, оказывается в расфокусе. У меня случайно получились несколько таких удачных кадров, поэтому я начал делать это нарочно. В съемках рок-групп так достигается ощущение общности и невыделенности вокалиста на первый план. Иногда первый план и бэкграунд складываются в мощный контраст. Например, я снимал Шинейд О'Коннор и перевел фокус с ее лысой головы на расписанную граффити кирпичную стену. Получился портрет настоящего скинхэда. Часто удается лучше передать характер личности, акцентируя внимание на чем-то случайном. Вокалист группы Scritti Politti Грин Гартсайд однажды пожаловался, что он в раскфокусе. Это все равно как если бы натурщица пожаловалась Пикассо, что он нарисовал ее квадратиками".

В уникальной персонализированности "мазка" так до конца и не ассимилировавшегося "лондонского голландца" виновато, вполне возможно, его происхождение. "Голландия всегда была самой визуально продвинутой страной Европы. В Англии, например, очень хилая визуальная культура. Англичане умеют продавать визуальные образы, но создавать их лучше других умеют голландцы — художники, архитекторы, дизайнеры. Англичане делают классную рекламу и журналы, но попробуй вспомнить хоть одного мало-мальски приличного английского художника".
В отличие от мастеров живописи прошлого, работавших, как правило, на заказ и получавших плату из рук модели-заказчика, Корбайн всегда запечатлевает людей, которые ему симпатичны: "Я фотографирую только тех людей, которые интересны лично мне. Например, недавно один австрийский правый политик предлагал мне сделать его съемку, и я отказался. А вот Фиделя я бы снял не задумываясь".

Рок-легенда гласит, что лучшие умирают молодыми — в 27, если говорить точнее. Курт Кобейн, Джими Хендрикс, Джим Моррисон? Все умерли до того, как на их праздничном пироге были задуты 28 свечей. К сожалению, Иен Кертис из Joy Division не прожил даже так долго: ему было 23, когда он вышел из игры, записав всего два альбома за свою стремительную карьеру. Это трагическая жизнь, подходящая для фильма. Ее представил нам фотограф и друг группы Антон Корбайн в блестящем монохромном кинопортрете… Воплотивший на экране Кертиса молодой актер Райли — подлинное открытие режиссера. Все находится под контролем, когда под его предводительством группа исполняет вживую "Transmission", "She's Lost Control" и "Dead Souls". Для тех, кто не застал конец 1970-х: это (до жути) похоже на оригинал.
Так что же убило Иена Кертиса? Даже если необязательное отступление в гипнотизм ошибочно намекает на другие влияния, вывод здесь прост: его погубили ожидания и эпилепсия. Ему уже обеспечено бессмертие в музыке. Сегодня, 27 лет спустя смерти, эта юная заблудшая душа получила поразительную визуальную эпитафию.
"Контроль" — самая трогательная биографическая лента года. Райли и музыканты превосходны, а Корбайну удалось сделать тональность фильма и вневременной, и точно привязанной к историческому периоду.
Джонатан Дэн, Тotalfilm.com

 …Если вы ожидаете найти здесь сентиментальную версию фильма "Дорз", копающуюся в психике нездорового музыканта, вы будете удивлены. Неважно, можете ли вы отличить Joy Division от Кайли Миноуг, фильм Корбайна — это и правда всего лишь отчет о короткой, но оказавшей большое влияние жизни Кертиса, отбирающий его от создателей мифов, которые видят в нем какого-то визионера в длинном плаще, и напоминающий нам, что в 23 года умер парень, который слишком рано женился и боролся с чувством вины, порожденным неверностью. Корбайн не только восстанавливает портрет Кертиса как человека, но и заквашивает свой рассказ на большой дозе сухого юмора, который противостоит мрачному настроению  героя.
Фильму свойственна нарастающая энергия, которая находит свое самое полное выражение в финальном выступлении Joy Division. Актеры играют и поют по-настоящему, а не просто делают вид, они возрождают к жизни резкое звучание гитары, но Райли и здесь выходит на первый план, изображая танцевальные движения Кертиса, похожие на танец дервишей, со зловещей энергией.
Фильм о творческом и эмоциональном сгорании, который говорит о хрупкости души больше, чем это можно было бы сделать с помощью монтажа, продажи билетов на концерты и объявлений "все продано".
Дэмон Уайз, Empireonline.com